Максим Никулин: «В цирке лишь одна национальность – артист, и единственный бог – это манеж, где творится искусство»

Сын популярного советского артиста Юрия Никулина, а теперь – генеральный директор и художественный руководитель Московского цирка Никулина, Максим Юрьевич по образованию журналист, работал корреспондентом, телеведущим, принимал участие в выпусках документальных программ. Но притяжение цирка оказалось сильнее: с 1993 г. он по приглашению отца работает в Московском цирке на Цветном бульваре. В интервью изданию «Ведомости Северо-Запад. Стиль жизни» Максим Никулин объясняет, как продолжается цирковая династия его отца, рассказывает о современных тенденциях в цирковом искусстве и удивляется, что о великолепных достижениях артистов цирка на самом деле мало кто знает.

Максим Юрьевич, вы работаете в цирке более 30 лет. Как за это время изменился зритель, особенно маленький? Ведь сегодня детям читают совсем другие сказки...

Максим Никулин. Мы привезли в Петербург новую программу – сюжетную сказку «Двое из ларца». Она поставлена по мотивам известного мультфильма-сказки «Вовка в тридевятом царстве». И в целом могу сказать, что в последнее время мы всё чаще стали обращаться к нашей классике, к историям и сказкам, написанным российскими писателями. У нас есть программы «Двенадцать месяцев», «Морозко», совместный проект с Казанским цирком «Конёк-Горбунок». Так вот, дети, которые приходят к нам на представления, все эти сказки знают. А это значит, что родители знакомят их с нашей классикой, и это отрадно. Что же касается зрителя в целом, так ведь он раньше, кроме нашего советского цирка, никакого другого и не видел. Это потом, когда началось время интернета, многоканального спутникового телевидения, люди увидели другие цирки. И им сегодня нужно настоящее искусство, а не банальное исполнение трюков. Публика хочет видеть артистов в красивых костюмах, в разных образах; она ждет, что цирковые номера будут сопровождаться различными визуальными эффектами, будет звучать оригинальная музыка. Так что сегодня цирки стали намного интереснее, но и сложнее.

Почему?

М. Н. Потому что это достаточно консервативное искусство. Говорят, что в цирк люди ходят три раза в жизни: в детстве, когда ребенка туда ведут родители, потом он вырастает и ведет своих детей, а потом его ведут внуки. В цирк не ходят спонтанно, туда заранее покупают билеты. И когда ребенка в первый раз ведут в цирк папа с мамой, они рассказывают ему о том, что там будет, исходя из собственных детских воспоминаний, эмоций и чувств. И если они придут на спектакль и увидят там совершенно «не то», пусть даже интересное, авангардное, красивое, но не то, что были готовы увидеть, то будут разочарованы. А люди этого не любят. Цирк должен быть современным, но узнаваем. Это очень важно. Именно такой философии придерживается наш цирк.

Какие тенденции развития вы видите у российского цирка в целом?

М. Н. Цирковое искусство театрализуется. Это не просто набор трюков, а целая история, оживающая на манеже. На стыке с традиционными, взаимообогащая друг друга, рождаются новые жанры.

Насколько сегодня востребована профессия артиста цирка и откуда к вам приходит молодежь?

М. Н. Артисты цирка умеют то, что обычные люди делать не могут. Это люди икс – человеческий эксклюзив: молодые, красивые, сильные, бесстрашные. Избранные! Основа цирка – это цирковые династии. Но есть цирковые училища, где ребята получают профессию. Они приходят к нам из спорта. Мы проводим детский фестиваль «Дорога в цирк», чтобы понять, сколько ребят вне цирковой системы занимаются цирковым искусством. Сейчас в нашем портфолио более 4000 кружков, секций, школ, где ребятам дают начальную подготовку. Существуют энтузиасты, которые даже в поселках городского типа собирают вокруг себя детей, влюбленных в цирк, и занимаются с ними абсолютно безвозмездно.

Ваша династия продолжается?

М. Н. Можно и так сказать. Мой старший сын Юрий руководит пиар-службой цирка. Младший Максим занимается фестивалями и отвечает за гастроли труппы. Недавно на юбилее ансамбля «Домисолька», где принимали участие артисты нашего цирка, моя внучка отработала с хулахупом.

По специальности вы журналист. Как оцениваете внимание, которое современные СМИ уделяют цирку и цирковому искусству?

М. Н. Конечно, внимания нам уделяется мало. Такое ощущение, что вся страна знает, какие медали получила женская команда по керлингу, а то, что мы с каждого фестиваля привозим золото и серебро, не знает фактически никто. А ведь это достижения наших российских артистов. Режиссер Евгений Шевцов и балетмейстер Ольга Полтарак в этом году получили премию Thea Awards в номинации Spectacular Show («Захватывающее шоу») от Ассоциации тематических развлечений (ТЕА) в США за программу, поставленную в Китае. Получить эту награду – всё равно что получить «Оскар». Вы знали об этом?

Увы, но нет.

М. Н. К сожалению, у нас нет профессиональной прессы, и интереса у государственных структур к цирку сегодня тоже нет. У меня в архиве хранится вырезка из газеты, которую отец привез по возвращении с гастролей из Америки в конце 60-х годов. Тогда только-только закончился Карибский кризис. И отец рассказывал, что накануне их выступления «Вашингтон Пост» вышла с редакционной статьей на первой полосе: «Еще 48 советских шпионов приехали в Вашингтон». А когда они уезжали, то та же «Вашингтон Пост» написала на той же первой полосе: «48 советских артистов цирка за две недели гастролей сделали больше, чем сделали бы 48 дипломатов». Цирк – искусство, понятное всем, он сближает, он вне политики. Я горжусь, что у мировой цирковой ассоциации есть звание «посол цирка». Каждый год они выбирают человека года и присуждают это звание. И я горд, что являюсь частью этого сообщества и тоже был послом цирка. Наш президент говорит о том, что нужно поднимать престиж страны. Так вот вам цирк – все готово. Только дайте команду! Организуйте гастроли по странам БРИКС, например.

Цирк – это действительно искусство. Чему оно может научить мир?

М. Н. У меня был хороший друг, французский режиссер, который делал не номера и программы, а цирки: от серьезных традиционных до уличных, от хулиганских до классических консервативных. Я пригласил его поставить спектакль. Он, в свою очередь, пригласил своих друзей и коллег из Англии, Америки, Бразилии. Свой проект он назвал «Планета цирк». На пресс-конференции его спросили: «Дав название спектаклю “Планета цирк”, вы имели в виду, что в Москву приехали артисты со всей планеты, чтобы удивить?» И он ответил, что ничего подобного не имел в виду. Он хотел показать и рассказать зрителям, что есть две планеты – большая планета людей и маленькая планета цирк. На большой планете все время происходит что-то нехорошее – предательства, войны, убийства, землетрясения и извержения вулканов, цунами и прочие стихийные бедствия. А на маленькой планете ничего этого нет. Большой планете не помешало бы поучиться у маленькой! Я не идеалист, но в этом есть глубокая правда. В цирке нет национальностей. Здесь существует лишь одна национальность – артист, и не имеет значения цвет кожи. Единственный бог – это манеж, где творится искусство.